Как остановить Ваську?

Перечитал басню Крылова «Кот и повар» и понял, что Иван Андреевич писал и про ситуацию с разрушением исторической среды Вологды. Нужно только заменить Ваську на власть, повара — на общественность, а курчонка, которого Васька почти умял, — на Вологду, в которой горят и заменяются на новоделы деревянные памятники; каменные, как, например, колокольня Владимирской церкви, обстраиваются современными зданиями; спешно, как реактор Чернобыльской АЭС, заливаются бетоном берега реки…

В том, что бетонирование будет завершено с последующим внесением «косметических» поправок, у меня сомнений нет (если только Федеральное агентство водных ресурсов не вмешается) — и не только потому, что на проведенном 3 августа в «Спектре» мероприятии с непонятным для меня иностранным названием сохранение бетонирования подразумевалось по умолчанию. Причин в такой уверенности две. Первая очевидна и лежит в правовой и экономической плоскости: нарушение контракта со стороны заказчика влечет за собой санкции по закону «О госзакупках»; почти год назад я предлагал администрации города изменить контракт в пределах разрешенных законом десяти процентов, но сейчас время упущено, а кардинальное изменение контракта закроет городу путь к получению федеральных средств на многие годы вперед. Вторая причина того, почему мы позволяем власти и бизнесу крушить зримую память», скорее историко-философская.

Зададимся вопросом, а нужна ли основной массе народа русская культура — и материальная и духовная? Похоже, что не нужна!


Столетиями мы считали,
что в сфере культуры русским гордиться нечем,
что наша роль — следовать западным
(французским или англо-американским) образцам в стиле жизни,
щеголять без нужды используемыми
иностранными словами — и в речи и в вывесках:
сколько в Вологде развелось всяких монбланов,
шато де грандов, ля роза россов,
бристолей и… несть им числа.


Запад же, тем временем, ценил нашу иконопись, считал непревзойденной по глубине анализа человеческой души классическую русскую литературу 19 века, восхищался формой шатра, которой мировая архитектура обязана Русскому Северу: по легенде именно вологодская деревянная Вознесенская церковь послужила образцом для шедевра русского и мирового зодчества — храма Вознесения в Коломенском. Знали ли об этом люди, построившие в Вологде на этом месте спустя века электростанцию, а сейчас планирующие сделать кольцевую развязку? Кто не понял, речь идет о площадке «Труда».

Ребята, я понимаю, что город должен развиваться, но вы хотя бы поставьте на этом месте пластину с текстом, о том, что здесь стояло полтысячи лет назад и как оно повлияло на развитие мировой архитектуры, а на перекрестке Чехова и Предтеченской — памятный знак о событии общероссийского масштаба, когда тысячи человек повернули речку Содему по новому руслу, прорыв пять километров рвов. Вместо этого у нас появляются подковы ни о чем, пошлые сердечки о любви к Вологде, двери в никуда, я уж не говорю о дереве, поставленном на месте, где людей вешали: для меня не яблочки золотые на нем видятся, а петельки. Еще пример: пять из шести улиц, которым возвращены старые названия в 1993 году, названы неточно! Ну нельзя же настолько не любить свой город!

На протяжении всего советского времени город терял свое историческое лицо: сносились храмы, ветшали без ремонта и сносились рядовые, но типичные только для Вологды деревянные дома, варварски уничтожался культурный слой — единственно достоверный источник знаний о прошлом (вспомним хотя бы понижение уровня Кремлевской площади двенадцать лет назад, когда археологов пустили поработать на площадь на две недели (sic!) и то с помощью прокуратуры. Когда Новгород разрушали фашисты, мир оценил это как преступление, мы крушим Вологду сами (!), что будущие поколения оценят так же. Народ, в массе своей, молчит. Приходится признать, что Кот и Повар из крыловской басни, применительно к Вологде — суть один персонаж.

Власть вышла из народа, но ведь и ей должно быть понятно, что по вопросам, требующим специальных знаний, нужно обращаться к экспертам: о дате празднования Дня вологодского кружева можно устраивать опрос, о методе благоустройства набережной — нет.


Если я не архитектор, не гидролог, не строитель —
как я могу принимать решение по главному градоформирующему объекту?

А в любом городе река — главная улица.

В середине прошлого века Андрей Никитин (именно он пустил в оборот фразу «Север начинается с Вологды») писал о Вологде, как о «…городе обширном, прекрасном и едином по своей архитектурной и исторической слаженности, где естественный рельеф разворачивал город, как панораму, в которой отдельные церкви, собор, стены кремля, ампирные особняки и сама река представляли единство многовековых находок зодчих в сетке площадей, улиц и скверов».

Сейчас главная улица города, от которой, по вологодской традиции, берут начало другие, загоняется в бетонный гроб-саркофаг. Прискорбно, что и сам к этому руку косвенно приложил, когда принимал участие в обосновании туристической привлекательности Вологды. Мне пояснили, что федеральные деньги, если их дадут, пойдут на развитие туристической инфраструктуры. На деле они пошли на снижение образа Вологды как старинного русского города. Странно, почему нельзя было принять участие в федеральной программе реставрации, если такая есть?

Мнения вологжан о способе укрепления набережной разделились. Сторонники бетона твердят о бомжах в кустах, бутылках и презервативах в береговых откосах. Когда им предлагаешь в качестве альтернативы зеленые берега и низкий кустарник по берегам, не заслоняющий виды, говорят о необходимости берегоукрепления, о затратах на содержание зелени. На этом их аргументы заканчиваются. О пагубных последствиях сплошного бетонирования специалисты сказали свое слово, а я добавлю, что следить нужно за всем — и за бетоном и за травкой. Что стало со временем с бетонными плитами у Петровского домика и Красного моста, знают все старожилы. Понятно, что лучший способ от головной боли — гильотина, но и за ней надо следить.

Мои знакомые фотохудожники сетуют, что в Вологде все меньше возможностей для пейзажных съемок, передающих колорит прошлого. Раньше церковь Сретения с ночлежным домом можно было снимать от начала улицы Ленинградской, и все в кадре было как в 18-м веке! Два года назад между зданиями вклинилась современная постройка, но все-таки можно было ее скрыть, отойдя чуть левее, к «двери в никуда».

Сейчас от ровной, как на аэродроме, бетонной полосы можно избавиться только с помощью фотошопа.

О тех, кто считает, что бетонный ошейник для маленькой речки в старинном русском городе — это красиво, хорошо сказал наш земляк К. Н. Батюшков в эссе «Прогулка по Москве». Он любовался берегами Москвы-реки, отмечая «чудесное смешение зелени с домами, … противуположность видов городских с сельскими видами». Кто, глядя на эти виды » не гордился своим отечеством и не благословлял России, для того (и я скажу это смело) чуждо все великое, ибо он жалостно ограблен природою при самом его рождении», тому надо валить в Германию (это я уже от себя, Батюшков сказал — «тот поезжай в Германию»).

«Но нам далеко еще до охраны «видов», особенно в Вологде», писал спустя столетие искусствовед Г. К. Лукомский.


Большинство вологжан,
видимо, стыдятся того, чем надо гордиться.
Наверное потому, что уже не одно поколение выросло
в каменных гетто спальных районов.
Архитектурные стили и раньше приходили в провинцию с запозданием лет на тридцать-пятьдесят.

Сейчас положение не изменилось. Мир давно ушел от стекла и бетона, мы же продолжаем считать » недоскребы» и торгово-развлекательные центры — образчики архитектуры американского захолустья — примерами для подражания; в мировых столицах задумываются, как в центре сделать больше уголков живой природы (в Вологде таким уголком была вся река, неухоженная, но живая), мы же оставим потомкам морально устаревшие, несовременные градостроительные решения.

Хотя, извините, походя оскорбил архитекторов: они (нонсенс!) участия в проекте не принимали. С ужасом думаю о втором этапе берегоукрепления — благоустройстве набережной, когда, в дополнение к бетону, по-над берегом пустят всякую «развлекуху» и «арт-мусор», которые окончательно уничтожат картиночный вид. Развлекайтесь вы чуть ниже по течению, не портите открыточные виды туристам! Ведь Вологда — достояние России, о чем я не раз писал. Ну почему в Суздале это понимают?! Наверное, скоро на всю Россию и останется только этот русский по облику город.

Некоторые комментаторы в соцсетях пишут о том, что протест градозащитников против бетонирования используется политиками. Согласен, политик всегда говорит о том, что от него ждут в конкретной ситуации: сегодня — о необходимости реставрации деревянного зодчества, завтра поддерживает снос домов для площадки под высотный отель. Но сотни человек пришли на митинг на Кремлевской площади 24 июля осознанно. Моя позиция по сохранению вологодской архитектуры лет сорок неизменна, что можно проследить по газетным выступлениям и книгам. И у многих вологжан тоже.

Прекрасно помню, как активная часть населения обсуждала проект детальной планировки центра в городском ДК на набережной VI Армии в середине 1980-х годов. Встреча с общественностью произошла по инициативе предгорисполкома А. Н. Плеханова. Стоял вопрос и о бетонировании набережной. Тогда к голосу общественности прислушались (правда, тогдашний руководитель Дирекции по охране памятников М. И. Карачев говорил мне, что решающую роль сыграл его визит к зам. министра культуры страны).

Так или иначе, тогда общественность собрали:
а) по инициативе власти,
б) до принятия решения
и в) учли ее мнение.

В 1990-е годы была попытка соединить полярные мнения относительно будущего города, собирались фокус-группы, были разработаны рекомендации для властей.

Как принимаются решения сейчас, мне непонятно. Такое впечатление, что точечно, сиюминутно — или по «воле народа» или на что деньги нашлись, как с Некрасовским мостом. Специалисты доказали, что Южный мост был бы в четыре раза эффективнее для разгрузки города от транзитного транспорта. А Некрасовский еще и окончательно «добьет» панорамы, раскрывавшиеся пешеходам при продвижении по средневековой Троицкой улице, которые уже во многом утрачены из-за строительства микрорайона «Прибрежный» и Белозерского путепровода. При этом в городе вроде бы есть основа для системных управленческих решений — генплан, целевые программы…
Заключение

Вернемся к морали крыловской басни. На вопрос «что делать?» дедушка Крылов дает простой ответ — «власть употребить». Понимать этот совет можно двояко — или перейти от слов к делу, либо схарчить эту самую власть.

Так как Кот и Повар, применительно к Вологде — одно лицо, плоть от плоти и кровь от крови друг друга, то оба совета бессмысленны. Главная задача, чтобы весь народ был настроен на реальный патриотизм, повернулся к своим национальным корням, в том числе и к своей архитектуре. Решить эту задачу можно только постепенно, с помощью просветительства и формирования гражданского общества, ростки которого, наконец-то начали проявляться.

Радует и то, что у нас есть экскурсоводы, нацеленные на работу прежде всего с вологжанами — я знаю, по крайней мере трех, а М. Ю. Глазов уже разработал краеведческую игру по Вологде и готовит авторские экскурсии по окраинным районам города, где тоже есть много интересного для понимания нашей малой родины. Жаль, что этот процесс перестройки сознания, когда каждый поймет, что народ, по Конституции страны, — единственный источник власти и проникнется этой высокой ответственностью, растянут во времени.
Курчонка жалко!

P.S.
5 августа мэр Вологды С. А. Воропанов провел экскурсию для общественников по новостройкам Вологды. Увиденное впечатлило: современнейшие детсады, школа, два образовательных центра, аналог одному из которых есть только в Сочи, стадион, массовый ремонт дорог… Как бы хотелось побывать с тем же гидом на экскурсии «Реставрация историко-архитектурного наследия Вологды».

В. Д. Парменов, предгорисполкома Вологды в 1960-х-1980-х годах, мог бы провести такую экскурсию. Градозащитники его ругают за снос Спасо-Всеградского собора, но на другой чаше весов его деяний — десятки отреставрированных деревянных домов. Нынешней власти есть на что равняться! Но одну хорошую вещь про старую Вологду Сергей Александрович на экскурсии все-таки сказал: колеса обозрения в самом центре не будет, в крайнем случае поставят у моста 800-летия.

Набережная реки Вологда
Вот так было: Набережная реки Вологда
2019г. Набережная реки Вологда
Вот так стало: Набережная реки Вологда 2019г.

Опубликовано на newsvo 06.08.2019

Нужный домик

Если культура народа определяется количеством потребляемого им мыла (Ю. Либих), то культуру города можно измерить количеством и состоянием общественных туалетов. Судя по числу городских туалетов, исчезнувших в Вологде на моей памяти, город стремительно теряет статус «культурной столицы Русского Севера».

Отдельно стоящие нужные и горожанам и приезжим «домики неизвестного архитектора» располагались на улице Пушкинской, рядом с нынешним отелем «Англитер»; на месте вечного огня на площади Революции; на улице Лермонтова, на месте нынешнего «Перекрестка» или вот, как видно из фотографии, на Торговой площади.

Старая Вологда: туалет на Торговой площади
Старая Вологда: туалет на Торговой площади

Единственный общественный туалет в современной Вологде, под «Детским миром» на улице Мира, закрылся в 2016 году, немного поработал в прошлом году и снова закрылся. Видимо, туалетный бизнес для предпринимателей не прибылен. Мобильные муниципальные биотуалеты, имеющиеся в городе, малозаметны: если не знаешь, не найдешь — указателей нет. Недавно случайно увидел два таких рядом с фонтаном у Драмтеатра.

Опубликовано на NewsVo 18.07.2019

Кому это выгодно?

… дикость происходит в городе, где есть орган по охране объектов культурного наследия, главный архитектор, прокуратура!

Что главное в экскурсии? Не удобство расположения туристов в автобусе, не состояние дорог и даже не мастерство экскурсовода, а наличие и состояние самих объектов показа. Перво-наперво они должны быть хотя бы видны!

Еще при мэре А.А.Травникове, по результатам проезда должностных лиц администрации города по маршруту моей обзорной экскурсии, многое было сделано для улучшения обзора наших архитектурных памятников: установлены дорожные знаки, предусматривающие остановку автобусов, прорежена растительность, загораживающая виды. Сейчас происходит непоправимое — виды загораживаются навсегда.

Только один пример из многих — новое строительство вокруг Владимирских храмов. Со стороны Ленинградской улицы серой новой постройкой совершенно загорожена Владимирская теплая церковь: виден только куполок холодного храма. Со стороны улицы Благовещенской вместо снесенного деревянного домика, прекрасно вписанного в исторический пейзаж, возводится капитальное строение неизвестной высоты, которое уже сейчас загораживает и теплую церковь и колокольню. Владимирская же холодная с этой точки совсем не видна из-за уже построенного желтого коттеджа.

Екатерина Великая, в просвещенном 18 веке, сделала замечание относительно первого генплана Вологды: у каждого храма предусмотреть незастроенные прямоугольные участки, видимо, и для того, чтобы храмы были видны с наибольшего числа наилучших точек зрения. Думаю, она возмутилась бы, посмотрев на то, что делается в Вологде в диком 21-м веке, и согласилась бы с Владимиром Ильичем, писавшем о невежестве и дикости, царящих на пространствах к северу от Вологды (хотя предмет возмущения Ленина был, конечно, другой).

И эта дикость происходит в городе, где есть орган по охране объектов культурного наследия, главный архитектор, прокуратура! Они, скорее всего, будут говорить об отсутствии нарушений, подкрепляя слова выдержками из нормативных документов. Но есть еще такое слово, как совесть, такая категория, как здравый смысл. Говорим о туризме, как отрасли экономики, а сами рубим сук, на котором сидим!

Задаю себе вопрос из римского права — «кому это выгодно?» и не нахожу ответа.

О неправильной застройке Вологды в 21 веке

Опубликовано 01.04.2014 на newsvo

Какое Отечество защищать? или Реставрация по-вологодски-2

Проходя мимо дома еще раз убедился, что на реставрацию — то, что делают с домом, мало похоже.

В День защитника Отечества задумался — какую такую родину я бы защищал (не приведи Господь, конечно) в случае чего? Да, кроме близких, — никакую. «Мой отчий дом мне чужд и незнаком» — так говорю, вслед за Г.Русаковым, и я — о современной мне Вологде. Сейчас «реставрируют» дом на углу улиц Мальцева и Кирова – последний из трех доходных домов города начала 20 века. Почему слово «реставрируют» закавычил — см. ссылку — https://newsvo.ru/blogovo/116996.

Писал о судьбе этого уникального дома и два года назад — см. ссылки: https://newsvo.ru/blogovo/109996 и https://newsvo.ru/blogovo/106970.

Проходя мимо дома 22 февраля, еще раз убедился, что на реставрацию — то, что делают с домом, мало похоже. Бревна не маркируются (как же потом можно будет собрать из них дом без маркировки?), более того — распиливаются (!?) как со стороны улицы Мальцева, так и со стороны улицы Кирова. «Реставраторы» даже обшивку не удосуживаются снять: разбирают дом автокраном; рядом уже лежат мощные железобетонные плиты. Господа А.А.Юрманов, автор проекта реставрации дома, и Е.Н.Кукушкина, руководитель Комитета по охране и использованию объектов культурного наследия Вологодской области! Вам не жалко дома? Все путём идет?…

Не вижу с Вашей стороны (на примере этого дома) реальной заботы о сохранении культурного наследия: всё, что вы говорите, укладывается в припев старинного русского романса — «все слова, слова, слова!»

Вологда. Фото 1. То, что осталось от доходного дома на углу ул. Мальцева-Кирова
Вологда. Фото 1. То, что осталось от доходного дома на углу ул. Мальцева-Кирова
Вологда. Фото 2. То, что осталось от доходного дома на углу ул. Мальцева-Кирова
Вологда. Фото 2. То, что осталось от доходного дома на углу ул. Мальцева-Кирова
Вологда. Фото 3. То, что осталось от доходного дома на углу ул. Мальцева-Кирова
Вологда. Фото 3. То, что осталось от доходного дома на углу ул. Мальцева-Кирова

Вологда-река – зеленые, бетонные (ненужное зачеркнуть) берега

… верю, что природа-матушка и отсутствие финансирования возьмут свое: зелень пробьется. Жаль, что это будет лет через пятьдесят.

Позавчера вологжанка Снигирёва, обращаясь в прямом эфире к Президенту России, посетовала, что в Вологде не учитывается мнение общественности относительно способа берегоукрепления набережной реки Вологды. А 14 февраля прошло расширенное заседание Общественного совета Вологды как реакция на это обращение. Задачи, как я понял, ставились две: первая — показать, что Общественный совет не аморфная структура, соглашающаяся со всем, что делает власть; вторая — разобраться в сути проекта.

СМИ расскажут об этом совещании подробнее. Я выскажу свое впечатление.

По первому вопросу из выступлений должностных лиц администрации города стало ясно, что берегоукрепление — это часть работ. Вторая часть – благоустройство.

Мой вопрос — будут ли после окончания работ зелеными береговые откосы реки — остался без ответа. Вопрос преподавателя архитектуры ВоГУ — как поможет новая набережная для защиты от наводнений, если высотная планка берега не повышается, также не получил внятного разъяснения.

Депутаты разных уровней представительной власти, специалисты-строители и гидростроители, в т.ч. руководитель строительной организации, выстроившей свой офис на месте прекрасного деревянного дома с уникальной резьбой, некоторые члены Общественного совета, представитель жителей Заречья убеждали, что бетонирование необходимо для защиты от наводнений и что бетонные набережные — это красиво, ссылаясь на Европу и на ближайший Ярославль (ярославские же туристы, которым я часто показываю наш город, ценят как раз природную красоту «живой» реки Вологды).

Что порадовало — руководители Совета признали, что вопросы, требующие специальных знаний, должны обсуждаться и решаться силами специалистов, а общественность должна подключаться к обсуждению отобранных специалистами вариантов. Конкурс на проект благоустройства набережной по решению Совета был продлен до 15 марта, после чего должно пройти общественное его обсуждение.

Тысячи туристов, для которых я провожу экскурсии вот уже более сорока лет, голосуют за «живую» реку с зелеными берегами. Жаль, если «ивы, река, соловьи» останутся в прошлом. Дело, впрочем, не в ивах, а во впечатлении, которое остается у туристов от нашего города. Пока Вологду ценят за провинциальный вид, за размеренный темп жизни, за «русский дух», который мало уже где встречается. В этом пока еще наша уникальность. Часть «прогрессивных» вологжан провинциальной уникальности стыдится и ратует, как персонаж пьесы «Баня» В.Маяковского Присыпкин, за европейскую стандартизацию — «сделайте нам красиво!… Пустите красивых живчиков на красивых ландшафтах!»

В чем мое мнение? Относительно необходимости берегоукрепления и способам его проведения доверяю специалистам, но провинциальный «картиночный», привлекательный для туристов вид хотелось бы сохранить. Зеленые насаждения по берегам не должны закрывать памятники архитектуры. Архитектурный примитив, вроде здания статуправления (это рядом с домом губернатора) я бы, наоборот, прикрыл густыми и высокими посадками.

В худшем случае — если работы все-таки закончатся только бетонированием береговых откосов — верю, что природа-матушка и отсутствие финансирования возьмут свое: зелень пробьется. Жаль, что это будет лет через пятьдесят.

Опубликовано 16.02.2019  на newsvo

Набережную в Вологде изуродовали за четверть миллиарда рублей

Дополнение к статье:
18.07  в 10:23 в новостях на центральном телеканале РЕН-ТВ прошел сюжет о набережной. Мнение А. Сазонова на данную тему в видеосюжете.


Митинг «За зелёную набережную» 25.07.2019

А. Сазонов — Об обулыжнивании реки Вологды (Вести 14 00 от 16.11.18)