Как остановить Ваську?

Перечитал басню Крылова «Кот и повар» и понял, что Иван Андреевич писал и про ситуацию с разрушением исторической среды Вологды. Нужно только заменить Ваську на власть, повара — на общественность, а курчонка, которого Васька почти умял, — на Вологду, в которой горят и заменяются на новоделы деревянные памятники; каменные, как, например, колокольня Владимирской церкви, обстраиваются современными зданиями; спешно, как реактор Чернобыльской АЭС, заливаются бетоном берега реки…

В том, что бетонирование будет завершено с последующим внесением «косметических» поправок, у меня сомнений нет (если только Федеральное агентство водных ресурсов не вмешается) — и не только потому, что на проведенном 3 августа в «Спектре» мероприятии с непонятным для меня иностранным названием сохранение бетонирования подразумевалось по умолчанию. Причин в такой уверенности две. Первая очевидна и лежит в правовой и экономической плоскости: нарушение контракта со стороны заказчика влечет за собой санкции по закону «О госзакупках»; почти год назад я предлагал администрации города изменить контракт в пределах разрешенных законом десяти процентов, но сейчас время упущено, а кардинальное изменение контракта закроет городу путь к получению федеральных средств на многие годы вперед. Вторая причина того, почему мы позволяем власти и бизнесу крушить зримую память», скорее историко-философская.

Зададимся вопросом, а нужна ли основной массе народа русская культура — и материальная и духовная? Похоже, что не нужна!


Столетиями мы считали,
что в сфере культуры русским гордиться нечем,
что наша роль — следовать западным
(французским или англо-американским) образцам в стиле жизни,
щеголять без нужды используемыми
иностранными словами — и в речи и в вывесках:
сколько в Вологде развелось всяких монбланов,
шато де грандов, ля роза россов,
бристолей и… несть им числа.


Запад же, тем временем, ценил нашу иконопись, считал непревзойденной по глубине анализа человеческой души классическую русскую литературу 19 века, восхищался формой шатра, которой мировая архитектура обязана Русскому Северу: по легенде именно вологодская деревянная Вознесенская церковь послужила образцом для шедевра русского и мирового зодчества — храма Вознесения в Коломенском. Знали ли об этом люди, построившие в Вологде на этом месте спустя века электростанцию, а сейчас планирующие сделать кольцевую развязку? Кто не понял, речь идет о площадке «Труда».

Ребята, я понимаю, что город должен развиваться, но вы хотя бы поставьте на этом месте пластину с текстом, о том, что здесь стояло полтысячи лет назад и как оно повлияло на развитие мировой архитектуры, а на перекрестке Чехова и Предтеченской — памятный знак о событии общероссийского масштаба, когда тысячи человек повернули речку Содему по новому руслу, прорыв пять километров рвов. Вместо этого у нас появляются подковы ни о чем, пошлые сердечки о любви к Вологде, двери в никуда, я уж не говорю о дереве, поставленном на месте, где людей вешали: для меня не яблочки золотые на нем видятся, а петельки. Еще пример: пять из шести улиц, которым возвращены старые названия в 1993 году, названы неточно! Ну нельзя же настолько не любить свой город!

На протяжении всего советского времени город терял свое историческое лицо: сносились храмы, ветшали без ремонта и сносились рядовые, но типичные только для Вологды деревянные дома, варварски уничтожался культурный слой — единственно достоверный источник знаний о прошлом (вспомним хотя бы понижение уровня Кремлевской площади двенадцать лет назад, когда археологов пустили поработать на площадь на две недели (sic!) и то с помощью прокуратуры. Когда Новгород разрушали фашисты, мир оценил это как преступление, мы крушим Вологду сами (!), что будущие поколения оценят так же. Народ, в массе своей, молчит. Приходится признать, что Кот и Повар из крыловской басни, применительно к Вологде — суть один персонаж.

Власть вышла из народа, но ведь и ей должно быть понятно, что по вопросам, требующим специальных знаний, нужно обращаться к экспертам: о дате празднования Дня вологодского кружева можно устраивать опрос, о методе благоустройства набережной — нет.


Если я не архитектор, не гидролог, не строитель —
как я могу принимать решение по главному градоформирующему объекту?

А в любом городе река — главная улица.

В середине прошлого века Андрей Никитин (именно он пустил в оборот фразу «Север начинается с Вологды») писал о Вологде, как о «…городе обширном, прекрасном и едином по своей архитектурной и исторической слаженности, где естественный рельеф разворачивал город, как панораму, в которой отдельные церкви, собор, стены кремля, ампирные особняки и сама река представляли единство многовековых находок зодчих в сетке площадей, улиц и скверов».

Сейчас главная улица города, от которой, по вологодской традиции, берут начало другие, загоняется в бетонный гроб-саркофаг. Прискорбно, что и сам к этому руку косвенно приложил, когда принимал участие в обосновании туристической привлекательности Вологды. Мне пояснили, что федеральные деньги, если их дадут, пойдут на развитие туристической инфраструктуры. На деле они пошли на снижение образа Вологды как старинного русского города. Странно, почему нельзя было принять участие в федеральной программе реставрации, если такая есть?

Мнения вологжан о способе укрепления набережной разделились. Сторонники бетона твердят о бомжах в кустах, бутылках и презервативах в береговых откосах. Когда им предлагаешь в качестве альтернативы зеленые берега и низкий кустарник по берегам, не заслоняющий виды, говорят о необходимости берегоукрепления, о затратах на содержание зелени. На этом их аргументы заканчиваются. О пагубных последствиях сплошного бетонирования специалисты сказали свое слово, а я добавлю, что следить нужно за всем — и за бетоном и за травкой. Что стало со временем с бетонными плитами у Петровского домика и Красного моста, знают все старожилы. Понятно, что лучший способ от головной боли — гильотина, но и за ней надо следить.

Мои знакомые фотохудожники сетуют, что в Вологде все меньше возможностей для пейзажных съемок, передающих колорит прошлого. Раньше церковь Сретения с ночлежным домом можно было снимать от начала улицы Ленинградской, и все в кадре было как в 18-м веке! Два года назад между зданиями вклинилась современная постройка, но все-таки можно было ее скрыть, отойдя чуть левее, к «двери в никуда».

Сейчас от ровной, как на аэродроме, бетонной полосы можно избавиться только с помощью фотошопа.

О тех, кто считает, что бетонный ошейник для маленькой речки в старинном русском городе — это красиво, хорошо сказал наш земляк К. Н. Батюшков в эссе «Прогулка по Москве». Он любовался берегами Москвы-реки, отмечая «чудесное смешение зелени с домами, … противуположность видов городских с сельскими видами». Кто, глядя на эти виды » не гордился своим отечеством и не благословлял России, для того (и я скажу это смело) чуждо все великое, ибо он жалостно ограблен природою при самом его рождении», тому надо валить в Германию (это я уже от себя, Батюшков сказал — «тот поезжай в Германию»).

«Но нам далеко еще до охраны «видов», особенно в Вологде», писал спустя столетие искусствовед Г. К. Лукомский.


Большинство вологжан,
видимо, стыдятся того, чем надо гордиться.
Наверное потому, что уже не одно поколение выросло
в каменных гетто спальных районов.
Архитектурные стили и раньше приходили в провинцию с запозданием лет на тридцать-пятьдесят.

Сейчас положение не изменилось. Мир давно ушел от стекла и бетона, мы же продолжаем считать » недоскребы» и торгово-развлекательные центры — образчики архитектуры американского захолустья — примерами для подражания; в мировых столицах задумываются, как в центре сделать больше уголков живой природы (в Вологде таким уголком была вся река, неухоженная, но живая), мы же оставим потомкам морально устаревшие, несовременные градостроительные решения.

Хотя, извините, походя оскорбил архитекторов: они (нонсенс!) участия в проекте не принимали. С ужасом думаю о втором этапе берегоукрепления — благоустройстве набережной, когда, в дополнение к бетону, по-над берегом пустят всякую «развлекуху» и «арт-мусор», которые окончательно уничтожат картиночный вид. Развлекайтесь вы чуть ниже по течению, не портите открыточные виды туристам! Ведь Вологда — достояние России, о чем я не раз писал. Ну почему в Суздале это понимают?! Наверное, скоро на всю Россию и останется только этот русский по облику город.

Некоторые комментаторы в соцсетях пишут о том, что протест градозащитников против бетонирования используется политиками. Согласен, политик всегда говорит о том, что от него ждут в конкретной ситуации: сегодня — о необходимости реставрации деревянного зодчества, завтра поддерживает снос домов для площадки под высотный отель. Но сотни человек пришли на митинг на Кремлевской площади 24 июля осознанно. Моя позиция по сохранению вологодской архитектуры лет сорок неизменна, что можно проследить по газетным выступлениям и книгам. И у многих вологжан тоже.

Прекрасно помню, как активная часть населения обсуждала проект детальной планировки центра в городском ДК на набережной VI Армии в середине 1980-х годов. Встреча с общественностью произошла по инициативе предгорисполкома А. Н. Плеханова. Стоял вопрос и о бетонировании набережной. Тогда к голосу общественности прислушались (правда, тогдашний руководитель Дирекции по охране памятников М. И. Карачев говорил мне, что решающую роль сыграл его визит к зам. министра культуры страны).

Так или иначе, тогда общественность собрали:
а) по инициативе власти,
б) до принятия решения
и в) учли ее мнение.

В 1990-е годы была попытка соединить полярные мнения относительно будущего города, собирались фокус-группы, были разработаны рекомендации для властей.

Как принимаются решения сейчас, мне непонятно. Такое впечатление, что точечно, сиюминутно — или по «воле народа» или на что деньги нашлись, как с Некрасовским мостом. Специалисты доказали, что Южный мост был бы в четыре раза эффективнее для разгрузки города от транзитного транспорта. А Некрасовский еще и окончательно «добьет» панорамы, раскрывавшиеся пешеходам при продвижении по средневековой Троицкой улице, которые уже во многом утрачены из-за строительства микрорайона «Прибрежный» и Белозерского путепровода. При этом в городе вроде бы есть основа для системных управленческих решений — генплан, целевые программы…
Заключение

Вернемся к морали крыловской басни. На вопрос «что делать?» дедушка Крылов дает простой ответ — «власть употребить». Понимать этот совет можно двояко — или перейти от слов к делу, либо схарчить эту самую власть.

Так как Кот и Повар, применительно к Вологде — одно лицо, плоть от плоти и кровь от крови друг друга, то оба совета бессмысленны. Главная задача, чтобы весь народ был настроен на реальный патриотизм, повернулся к своим национальным корням, в том числе и к своей архитектуре. Решить эту задачу можно только постепенно, с помощью просветительства и формирования гражданского общества, ростки которого, наконец-то начали проявляться.

Радует и то, что у нас есть экскурсоводы, нацеленные на работу прежде всего с вологжанами — я знаю, по крайней мере трех, а М. Ю. Глазов уже разработал краеведческую игру по Вологде и готовит авторские экскурсии по окраинным районам города, где тоже есть много интересного для понимания нашей малой родины. Жаль, что этот процесс перестройки сознания, когда каждый поймет, что народ, по Конституции страны, — единственный источник власти и проникнется этой высокой ответственностью, растянут во времени.
Курчонка жалко!

P.S.
5 августа мэр Вологды С. А. Воропанов провел экскурсию для общественников по новостройкам Вологды. Увиденное впечатлило: современнейшие детсады, школа, два образовательных центра, аналог одному из которых есть только в Сочи, стадион, массовый ремонт дорог… Как бы хотелось побывать с тем же гидом на экскурсии «Реставрация историко-архитектурного наследия Вологды».

В. Д. Парменов, предгорисполкома Вологды в 1960-х-1980-х годах, мог бы провести такую экскурсию. Градозащитники его ругают за снос Спасо-Всеградского собора, но на другой чаше весов его деяний — десятки отреставрированных деревянных домов. Нынешней власти есть на что равняться! Но одну хорошую вещь про старую Вологду Сергей Александрович на экскурсии все-таки сказал: колеса обозрения в самом центре не будет, в крайнем случае поставят у моста 800-летия.

Набережная реки Вологда
Вот так было: Набережная реки Вологда
2019г. Набережная реки Вологда
Вот так стало: Набережная реки Вологда 2019г.

Опубликовано на newsvo 06.08.2019

Нужный домик

Если культура народа определяется количеством потребляемого им мыла (Ю. Либих), то культуру города можно измерить количеством и состоянием общественных туалетов. Судя по числу городских туалетов, исчезнувших в Вологде на моей памяти, город стремительно теряет статус «культурной столицы Русского Севера».

Отдельно стоящие нужные и горожанам и приезжим «домики неизвестного архитектора» располагались на улице Пушкинской, рядом с нынешним отелем «Англитер»; на месте вечного огня на площади Революции; на улице Лермонтова, на месте нынешнего «Перекрестка» или вот, как видно из фотографии, на Торговой площади.

Старая Вологда: туалет на Торговой площади
Старая Вологда: туалет на Торговой площади

Единственный общественный туалет в современной Вологде, под «Детским миром» на улице Мира, закрылся в 2016 году, немного поработал в прошлом году и снова закрылся. Видимо, туалетный бизнес для предпринимателей не прибылен. Мобильные муниципальные биотуалеты, имеющиеся в городе, малозаметны: если не знаешь, не найдешь — указателей нет. Недавно случайно увидел два таких рядом с фонтаном у Драмтеатра.

Опубликовано на NewsVo 18.07.2019

Где в Вологде туристу вкусно поесть?

Вологда: ресторан "Маленькая Азия"
Вологда, ул. Ленина, 4: ресторан «Маленькая Азия»

Однозначного ответа на этот, казалось бы простой, вопрос нет. Кому-то нужно сытно позавтракать рано утром, сойдя с утреннего поезда, кто-то хочет быстро пообедать между экскурсиями, не теряя время на ожидание заказа, третьи желают, после активной дневной культурной программы, не торопясь поужинать в приятном интерьере и за красиво сервированным столом. Величина среднего чека тоже имеет значение. В нашем городе есть много мест как быстрого питания — от столовых и кафе до народных ресторанов, так и престижных, не очень дешевых, по местным меркам, заведений.
Раньше в своих советах я ориентировался только на собственный опыт — в Вологде советского времени с пятью ресторанами это было легко. Сегодня, когда заведений общепита стало в десятки раз больше, опыт уже не помогает, и не только потому, что физически и финансово посетить все их все стало не по силам, но и потому, что кухня в одном и том же ресторане со временем меняется. Долгое время рекламировал туристам многократно проверенный ресторан авторской кухни «Мята», пока он вдруг резко не сдал позиции, а потом и вовсе исчез. Сейчас ориентируюсь на те «точки общепита», в которые водят своих гостей правительство области и администрация города или в которых побывал недавно сам. Расскажу об одном из таких.
Как человека встречают по одежке, а провожают по уму, так и ресторан может понравиться по внешнему виду, но оставить неприятное послевкусие. В отношении семейного ресторана «Маленькая Азия» все наоборот. Когда сидишь в небольшом, но уютном зале ресторана, и не подумаешь, что этот дом и место, где он стоит — «с провенансом», как бы сказали антиквары. Лишь не замаскированные кирпичные стены дают почувствовать атмосферу прошлого.
Мы свою историю знаем плохо. Понятно, что если в радиусе двухсот метров от дома стояло когда-то семь храмов, то вокруг, по крайней мере и триста лет назад, кипела жизнь. Нам же достоверно известно, что угловой участок нынешних улиц Ленина и Лермонтова в начале 19 века принадлежал купцам Деменьтевым. Домом, где сейчас размещается ресторан, построенном в первой половине 1860-х гг., владело купеческое семейство Гудковых-Беляковых, у которых, со стороны Александровской улицы (нынешней Лермонтова), имелись типография, торговое заведение и пиво-портерная. На Кирилловской купцы вели торговлю также «бакалейными и колониальными товарами».
Современная улица Ленина — из названия понятно — одна из центральных. Собственники помещений на этой улице подчеркивают свой престиж. Но на ценах в меню ресторана этот факт не отражается — они самые что ни на есть средние для Вологды. Я зашел в ресторан в обеденное время. С 12 до 15 часов посетителям не только делается скидка на 20 процентов к меню на блюда, входящие в бизнес-ланч, но и бесплатно предлагается чашка американо. Хотя блюда приносятся сразу после заказа, но все-таки лучше приходить сюда около двух, когда заканчивается обед у сотрудников администрации города, расположенной в соседнем доме. На бизнес-ланч было предложено три вида салата – овощной, «Цезарь» и роллы. Из первых блюд я выбрал мисо, который раньше не пробовал (и не пожалел!), мой визави, как выяснилось, завсегдатай заведения, — традиционный борщ (несмотря на азиатское название в ресторане можно выбрать не только восточные блюда); он же посоветовал на второе взять свинину кусочками с рисом в соусе с овощами: тарелку я тоже подчистил до последнего зернышка. Из других вторых блюд в этот день предлагались судак по-польски, филе цыпленка с брокколи на пару и печень.
Изучая меню, в котором указаны не только ингредиенты блюд, но размещены и их фото, я подумал, что надо как-то заказать что-то и на дом: служба доставки у ресторана есть. Выбор достаточно большой: одних пицц 23 вида. Большую компанию (к слову, в ресторане 64 места) может заинтересовать мясной садж. Это не просто ассорти из мясопродуктов: на сковородке с подогревом подаются изделия из разных видов мяса, в том числе колбаски собственного изготовления, в специально заказываемых бараньих черевах, все это в обрамлении овощей-гриль. Из эксклюзива отметил суп «Отдых в Таиланде» с морепродуктами в кокосовом молоке, жульен в хлебе, салат, в котором сочетается тунец и клубника. Сала в шоколаде не обнаружил, но пиво с шоколадным сиропом в меню есть. Как и более традиционные коктейли и напитки, и с алкоголем и без.

Вологда: Кафе "Маленькая Азия"
Вологда, ул. Карла Маркса, 91: Кафе «Маленькая Азия»


Слово «семейный» в названии ресторана оправдывается особым вниманием к детям: для них — специальное меню, детские приставные стульчики, игровая комната, а в туалете — раковина под детский рост и унитаз в виде лягушки. Официантка сказала, что детям особенно нравится молочный овершейк – и из-за оформления и из-за вкуса.
Людям с ограниченными возможностями в ресторан попасть просто: на фото ресторана на сайте пандуса я не нашел, на самом же деле он есть, что говорит о том, что хозяин заведения не стоит на месте, а думает о развитии дела.
Подвожу итог. Семейный ресторан «Маленькая Азия» не должен разочаровать и любителей американского фаст-фуда, и приверженцев восточной кухни, и сторонников более традиционных блюд и гурманов. Зайдите сюда и составьте свое мнение. Ведь исключительно всем нравится, как говорили на Руси, только медный пятак.
Подробности на сайте: https://мироваякухня.рф


Добро пожаловать! Ресторан «Маленькая Азия» г. Вологда, ул. Ленина, 4

Каждая пятая лучшая книга о России издана в Вологде!

Думал ли я четверть века назад, когда издал книгу «Такой город в России один», что её дальнейшие переиздания, общий тираж которых вместе с первой книгой составил 57 тысяч экземпляров, будут оценены и на областном, и на межрегиональном и на российском уровнях? Но это случилось. Благодаря уникальному творческому коллективу — издательству «Древности Севера», в Вологде недооцененному.
С каждым разом первоначальный текст корректировался с учетом последних изысканий краеведов, расширялся и совершенствовался зрительный ряд, но все грустнее становились авторские отступления и жестче заключительные главы, потому что реальная деревянная Вологда постепенно переходила в книги и альбомы. Видимо, ностальгия по уходящей натуре передавалась и членам жюри: областного конкурса «Вологодская книга-2014», наградившего автора дипломом лауреата за книгу «Деревянная Вологда: сохраненное и утраченное», межрегионального фестиваля в Рязани» в 2018 году, присудившему издательству «Древности Севера» диплом первой степени в номинации «Лучшая книга о России» за второе издание этой книги. А пятого июня этого года, на подведении итогов XV Всероссийского конкурса региональной и краеведческой литературы «Малая родина» в Москве, и издательство и автор получили дипломы финалистов в номинации «Мой край» — за ту же книгу.
О качестве работы «Древностей» говорят факты: три из шестнадцати книг, вошедших в шорт-лист Всероссийского конкурса, составили книги вологодского издательства — почти каждая пятая. А участвовало в конкурсе 68 издательств страны — от Магадана и Якутии до центральной России, а также Москвы и Санкт-Петербурга! За наградами на подиум конкурса, проходившего в демонстрационном зале ГУМа, руководители издательства выходили три раза.
Отдельно стоит отметить, что большинство краеведческих книг издательство выпускает на свой страх и риск и на свои средства. Для регионального издательства с несколькими сотрудниками это, по нынешним временам, вещь небывалая. На фестивале «Красная площадь», который проходил в эти же июньские дни, специалисты издательства у своего стенда еще и рекламировали туристические маршруты и достопримечательности области, выполняя функции Департамента культуры и туризма области. Хотелось бы, что бы власть их деятельность заметила и оценила.
Любовь к Родине, прежде всего к малой, рождается не сама по себе, а благодаря родным людям. Один из таких людей — моя тетя, Алевтина Александровна, сидящая рядом со мной в зале. Сейчас ей идет — не удивляйтесь — девятый десяток. Лет с шести водила она меня и на колокольню, и в музей, и в библиотеку, и на спектакли и на свои акробатические выступления. Теперь вот и я привел ее на финал престижного конкурса. Спасибо ей за ненавязчивое патриотическое воспитание. В мое детство такого термина, насколько помню, не существовало, но любовь к родному краю была естественной для многих.

Москва, демонстрационный зал ГУМа, 5 июня 2019 г.
Москва, демонстрационный зал ГУМа, 5 июня 2019 г. Награждение лауреатов конкурса
Москва, демонстрационный зал ГУМа, 5 июня 2019 г. Награждение  лауреатов конкурса
Москва, демонстрационный зал ГУМа, 5 июня 2019 г. Награждение  лауреатов конкурса

Идею арт-объекта «подсказал» Виктор Астафьев

Пора уже не только прекратить ставить памятники и арт-объекты, не связанные местом установки и содержанием с историей города, но и демонтировать…

Первого мая исполняется 95 лет со дня рождения В. П. Астафьева, а 50 лет назад писатель впервые увидел Вологду. Одно из первых его зимних впечатлений в нашем городе — вологодский рынок, который в то время располагался на Торговой площади. За пилонами центрального входа со стороны проспекта Победы, шеренгами — одна против другой — стояли торговки пирожками, природную дородность которых усиливали зипуны с надетыми поверх белыми фартуками.

Каждая громко зазывала скушать горячий пирожок из своего ящика-термоса. Ассортимент, в ценовом диапазоне от пяти до двенадцати копеек, предлагался широчайший: с ливером, с капустой, с луком с яйцами («кричалка»-зазывалка звучала именно так — без союза «и»), с яблоками, с рисом, с мясом, с повидло. Даже русского человека, сибиряка Виктора Астафьева пятьдесят лет назад это удивило. Зимняя фотография базара в «Старой Вологде» есть, но, к сожалению, без торговок.

Думается, что колоритная фигура продавщицы пирожков смотрелась бы органичнее птицы-говоруна, невесть зачем приземлившейся на Торговой площади. А рядом можно было бы поместить снимки вологодского базара разных лет с цитатами из Варлама Шаламова, описывавшего площадь Борьбы со спекуляцией в 1918 году (рассказ «Вторая рапсодия Листа») и того же Виктора Астафьева, увидевшего Торговую спустя полвека.

Пора уже не только прекратить ставить памятники и арт-объекты, не связанные местом установки и содержанием с историей города, но и демонтировать те, которые этим критериям не соответствуют. Постояли — и будет! Человек ведь ко всему привыкает, в том числе и к дурновкусию. Если большинство все-таки привыкло к птичке, предлагаю еще более близкий к историческому вариант места установки — на широком тротуаре у Казанской церкви.

Вологодский рынок на Торговой площади
Вологодский рынок на Торговой площади